Джунайд аль-Багдади: учитель учителей

Абу аль-Касим аль-Джунайд аль-Багдади (ум. 910) почитается в суфийской традиции как Саййид ат-Таифа, «Глава общины», и «Учитель учителей». Практически все крупные суфийские ордена возводят свои цепи духовной передачи (силсила) к Джунайду. Его значение для суфизма сопоставимо с значением основателей правовых школ для исламского правоведения: он установил стандарт, по которому измеряются все последующие притязания.

Жизнь в Багдаде

Джунайд провёл почти всю жизнь в Багдаде, тогдашней столице Аббасидского халифата и одном из крупнейших интеллектуальных центров мира. Он был племянником и учеником Сари ас-Сакати, крупного суфия ранней эпохи, и начал преподавать в юном возрасте. По профессии Джунайд был купцом, торговавшим стеклом, и никогда не оставлял своего ремесла, демонстрируя тем самым, что суфийский путь совместим с активной мирской жизнью.

Трезвый суфизм

Главный вклад Джунайда состоит в разработке того, что позднейшие историки назвали «трезвой» (сахв) школой суфизма в противоположность «опьянённой» (сукр) школе, представленной такими фигурами, как Баязид Бистами и Халладж.

Опьянённый суфизм выражает мистический опыт через экстатические возгласы, парадоксальные высказывания и кажущееся нарушение конвенций. Трезвый суфизм Джунайда настаивает на том, что подлинное духовное достижение выражается в возвращении к обычной жизни с преображённым сознанием. Не экстаз есть цель, а то, что следует за экстазом: ясное, трезвое видение реальности, не отменяющее повседневные обязанности.

Джунайд учил, что фана (уничтожение эго) должна быть дополнена бака (пребыванием). Тот, кто утрачивает себя в Боге и не возвращается, не завершил путь. Завершение пути есть возвращение: обновлённое «я», очищенное от гордыни и привязанности, способное жить в мире, не будучи порабощённым миром.

Учение о фана

Определение фана, данное Джунайдом, стало нормативным для всей последующей традиции: «Фана есть исчезновение низших качеств души и замена их качествами высшими». Это не уничтожение личности. Это уничтожение того в личности, что препятствует познанию Бога: эгоизма, самодовольства, привязанности к собственным духовным достижениям.

Джунайд также учил о «возвращении к началу» (руджу иля ль-бидая): после прохождения всех стоянок суфийского пути человек возвращается к своему изначальному состоянию, к тому договору (мисак), который Бог заключил с душами всех людей ещё до сотворения мира (Коран, 7:172). Суфийский путь есть, по существу, путь воспоминания того, что душа уже знала.

Отношение к шариату

Джунайд неизменно настаивал на неразрывности суфизма и шариата. «Наш путь ограничен Книгой и Сунной», говорил он. «Кто не заучивает Коран и не записывает хадисы, за тем не следует, ибо наше знание обусловлено Книгой и Сунной».

Эта позиция имела огромное значение для будущего суфизма. Она создала модель, в которой мистический опыт не противопоставляется ортодоксии, а включается в неё. Газали, два столетия спустя, фактически осуществил программу Джунайда, показав в своём «Ихья», как внутренняя жизнь одушевляет внешнюю практику.

Наследие

Значение Джунайда состоит не только в его учении, но и в его учениках. Он был учителем Халладжа, хотя и осуждал его неосторожность. Через цепи духовной передачи он связан практически со всеми великими суфийскими орденами, включая Кадири, Накшбанди и Шазили.

Источники

• Аль-Джунайд, Трактаты (Расаиль) (ок. 900)
• Аль-Кушайри, Трактат о суфизме (ар-Рисала) (ок. 1046)
• Аль-Худжвири, Раскрытие скрытого (Кашф аль-Махджуб) (ок. 1075)
• Абу Нуайм аль-Исфахани, Украшение святых (Хильят аль-Авлия) (ок. 1030)